Карелия

Из новостей: «В Северной Корее произошёл масштабный сбой в работе интернета».
Так мир узнал, что в Северной Корее есть интернет!
— Папа, а давай долбанём по КНДР!?
— Иванка, прекрати!
— Ну пааап!
«Обижать Кимов никто не имеет права». КНДР пригрозила ядерным ударом за уничтожение склада Wildberries.
Самая страшная собачья судьба — охранять границу... между Северной и Южной Кореей!
Лучше всех в мире к вспышке коронавируса оказалась подготовлена Северная Корея. Ведь она ещё задолго до всего этого успела перекрыть свои границы.
Забирай меня скорей, увози за сто морей, говорят, там происходит примирение Корей.
— Кто в курсе, что там в Северной Корее происходит?
— В срочном порядке ведутся работы по подготовке двойника Ким Чен Ына, сейчас он находится на усиленном питании.
Я спросил своего друга из Северной Кореи, как там его жизнь. Он сказал, что не может пожаловаться.
В любой непонятной ситуации переведи баллистическую ракету в стартовое положение.
Опровергнуты сообщения о полете северокорейских космонавтов на Луну. Как выяснилось, в последний момент их помиловали.
Географический кретинизм — это когда веками рубили окно в Европу, а вылезли в Северной Корее.
Наверное самый неловкий и тупой момент из всех, что со мной когда-либо происходил, это когда у меня в институте спросили откуда я родом и я ответила, что из Карелии. На что у меня спросили: Северной или Южной?
Беседуют двое приятелей, речь зашла о политике.
Один:
— Интересно, и почему это Дональд Трамп по КНДР удар ракетами не нанесёт никак?
— А ты сам-то как думаешь? Ты когда-нибудь пробовал палкой по пчелиному улью бить?
— Как вам живётся в Северной Корее?
— Не могу ни на что пожаловаться!
Северокорейский судья выходит из зала суда, смеясь до упаду.
Его друг подходит к нему и спрашивает:
— Что смешного?
— О, я только что услышал смешную политическую шутку. — Отвечает судья.
— Расскажи мне!
— Я не могу. Ведь я только что приговорил кого-то к пожизненному заключению в тюрьме за это!
— Как называется сеть продуктовых корейских магазинов у дома?
— Кимчижик.
В России не дали прокатного удостоверения фильму о бегстве из Северной Кореи. Основанием для отказа стал пункт правил, запрещающий показ картины «в иных определенных федеральными законами случаях».