Евреи и вера в приметы

Организм до 25 лет:
— Мы немного устали.
— Почему?
— 56 часов без сна, день ног в качалке, рейв, алкогольная интоксикация, дрался со стаей бродячих собак, переплыл Неву вдоль.

Организм после 25 лет:
— Мы сейчас сдохнем, всё болит.
— Почему?
— Ты криво лежал во сне, ещё и подушка слишком высокая.

С возрастом уходит возможность что-либо делать, но приходит понимание того, что и делать этого не стоило.

Абрам Маркович Кацман за ужином внимательно рассматривает свою жену Сонечку и произносит наконец:
— Знаешь, раньше у нас был маленький дом, чёрно-белый телевизор и тесный скрипучий диван. Но я засыпал с прелестной девятнадцатилетней женой. А сейчас?! Дом большой, телевизор на полстены и кровать на полспальни, но тебе уже, подумать только, шестьдесят девять!
Сонечка также внимательно посмотрела на мужа:
— Абрам, милый, ты вполне можешь найти себе ещё одну девятнадцатилетнюю жену. А я позабочусь, чтобы у тебя снова был и маленький дом, и чёрно-белый телевизор, и даже такой же тесный и скрипучий диван...

— Абрам Моисеевич, а вы чего без маски на улицу выходите гулять? Неужели ничего не слышали о новом коронавирусе из Китая? Не боитесь заразиться?
— Соломон Маркович, мне уже 70 лет, у меня тахикардия, мерцательная аритмия, простатит, сахарный диабет, камни в почках и желчном пузыре, плюс аллергия на собак. Я Вам так скажу, тут такая конкуренция среди стремящихся меня отправить на "тот свет" болезней, что даже если в мой организм этот коронавирус и попадет, то он просто встанет в очередь.

У пожилого еврея спрашивают:
— Абрам, вы готовы отдать все свои денежки, чтобы обратно вернуть себе молодость?
— Готов, как раз к следующей старости проценты набегут.

Настоящий магазин для взрослых — это аптека.

Вот скажите мне, разве это нормально, что маленьким детям, вроде нас, уже под тридцать?

Абрам Самуилович с грустью начал ощущать, что недавние постельные битвы с супругой стали превращаться в дружеские встречи ветеранов.

— Скажи бабушка, что такое «солидный возраст»?
— Это когда ты не знаешь, к какому врачу обращаться в первую очередь.

Если сказать: "В твоём возрасте пора бы уже поумнеть!", мужчина обидится за намёк на глупость, женщина — за намёк на возраст.

До сорока лет мы издеваемся над организмом, а после сорока — он над нами.

Купили с женой первую «взрослую» игрушку. Пришёл тот возраст, когда уже можно. Долго смотрели на неё большими удивлёнными глазами, я действовал по наитию, она — читала инструкцию, потому что умная. Тыкали в разные кнопочки, игрушка то надувалась, то сдувалась, оставляя незабываемые впечатления. Вроде только сегодня её получили, а уже три раза опробовали. Забавная всё-таки вещь, этот ваш тонометр.

Сидят две бабушки возле подъезда.
Одна, с ностальгией в голосе, говорит:
— Никифоровна, а ты помнишь, какими мы били в молодости. Красавицы! Особенно Я! А сейчас? Старые, страшные, особенно ТЫ!

Недавно я чётко осознал тот факт, что годы, ни смотря ни на что, всё же берут своё. В тот момент, когда на недавних дачных посиделках, одному из моих приятелей стало плохо, то ли давление, то ли ещё чего, хз кароч, удивило, что в тот момент все наперебой с радостью начали предлагать свой арсенал лекарств - обезболивающие, парацетамол и всё в этом духе. "Переплюнула" всех одна девушка, у которой с собой было сразу два вида различных антибиотиков.

Я уже в том возрасте, когда чтоб увидеть северное сияние достаточно резко встать с дивана.

1. Ты ещё молодой, организм растёт, развивается! Поэтому всё нормально.
2. Ну что вы хотели? Возраст у вас средний, переходной период к старению организма. Поэтому это вполне допустимо.
3. И в таком-то преклонном возрасте вы хотите быть здоровыми?!
Три фразы, владея которыми, вы будете неплохим сотрудником скорой помощи.

Что меня беспокоило в 18 лет? Несправедливость мира, нарушения демократических норм.
Что меня беспокоит в 30 лет? Колени.

Детские травмы:
Упал с велика
Упал с дерева
Подвернул лодыжку

Взрослые травмы:
Неправильно спал
Резко встал
Долго сидел
Слишком сильно чихнул

За мой возраст могу сказать вам следующее, шо, таки, принца на белом коне уже не жду, но к цокоту копыт всё ещё прислушиваюсь…

Старость — это когда аптечка заполняется быстрее, чем холодильник.

Понимаешь, что тебе уже хорошо за тридцать, когда берёшь сумку в надежде найти там завалявшуюся денежку, а в итоге, находишь лекарства от давления.

В моём возрасте не сразу понимаешь, или это выключили свет, или в глазах потемнело.

Я вообще не представляю, как я буду работать до 65 лет, если я сейчас уже иду в другую комнату и не помню, зачем.

Встречаются два старых еврея.
– Рабинович, ты знаешь, вчера я познакомился с телеграфисткой. Ты мне веришь?
– Я тебе верю.
– Ты знаешь, мы пошли в ресторан, и пили там шампанское. Ты мне веришь?
– Я тебе верю.
– Ты знаешь, мы потом пошли ко мне домой, и смотрели цветной телевизор. Ты мне веришь?
– Я тебе верю.
– Ты знаешь, она осталась у меня ночь, и я был с ней три раза. Ты мне веришь?
– Я тебе верю, но я не верю, что она была телеграфистка.
– Почему?
– Потому что, когда у тебя последний раз стоял, еще не был телеграф.

— Ой, знаете, я чувствую, шо с годами мужчины всё больше интересуются мной!
— Софа, это врачи…

С годами мы не так проворны, радикулит, артрит, артроз.
Любви все возрасты покорны, лишь ограничен выбор поз...

Хочу вновь очутиться в своих 17-ти годах, когда меня бросил парень, потому что ну такая это фигня по сравнению с тем, как в 30 болит спина.

— Ты кто?
— «Кризис среднего возраста».
— A чё тебе в 20 лет от меня надо?
— Да ты всё равно до 40 не доживёшь.

Пожилой еврей забегает в кабинет к урологу и со слезами на глазах говорит:
— Доктор, ви тока посмотрите, он вже ни на чьто не годен. Доктор шо же делать?
Доктор грустно вздыхая:
— Шо делать... шо делать... донашивать!

— Марк Соломонович, а почему вы себе такого странного главного бухгалтера взяли – лысый, хромой, ушастый?
— Зато какие приметы!

Мне не нужен браслет, считающий количество пройденных шагов. Когда я пройду за день десять тысяч шагов, меня об этом известят мои колени.

— Абрам Самуилович, дорогой! Шо я могу вам сказать таки за свой возраст — прынца на белом коне уже не жду! Но... к цокоту копыт ещё пристально прислушиваюсь!

Нас маразм не обращает в идиотов,
а в склерозе много радости для духа:
каждый вечер — куча новых анекдотов,
каждой ночью — незнакомая старуха.