Детство Николая Валуева

Только начинаешь влюбляться, как пора домой.

Пятачок пришёл в гости к Винни-Пуху, но того не оказалось дома.
Жена Винни Пуха говорит:
— Что передать? Ходит тут всякая мелюзга...
— Передай, что заходил кабан Полтинник...

Работает у нас в офисе один парень, мы его за глаза называем — «Компьютер». И это вовсе не потому, что он слишком умный или образованный, да и считает он не очень быстро... просто он засыпает, стоит только шефу оставить его без присмотра дольше чем на 5 минут.

Если у вас длинный нос, то лучше иметь прозвище «Буратино», чем «Пиноккио».

В детстве, когда я был еще пионером, мы собирали металлолом и макулатуру, а сейчас наши внуки собирают компромат.

Помню, в детстве я так смеялся, когда волк в «Ну, погоди!» сам себя фотографировал.
Это было так странно!
Но кто же мог подумать...

— Почему ты сына зовёшь потомком, а не «сынок», «сынуля», да или просто по имени?
— Сейчас ты узнаешь. Эй, потомок, приберись в своей комнате!
— Маааам, потом...

Детство — это время, когда у тебя куча энергии, которую ты можешь потратить на что угодно! Например, неделями не выходить из дома, сидя в интернете.

— Почему у этой девушки прозвище "Дошик"?
— Потому что её можно спокойно развести за три минуты.

Помню, в детстве я много рисовал фломастерами, заправленными спиртом.
Наутро сильно болела голова. Приходилось ещё чуть-чуть порисовать.

В нашей физической лаборатории работают всего две девушки — Аня и Катя. Поэтому мы их зовём Анод и Катод.

Вот скажите мне, ЧТО ВСЁ-ТАКИ СО СТРАШНЫМИ ОЗОНОВЫМИ ДЫРАМИ!? С ДЕТСТВА НЕ ПОЛЬЗУЮСЬ АЭРОЗОЛЯМИ — БОЮСЬ ЧТО ДЫРА РАСПОЛЗЕТСЯ!!!

Хорошо, что детские мечты не сбываются, иначе мне бы сейчас было 35, у меня был бы чёрный ВАЗ 2109 с тонированными стёклами, чёрная кожаная куртка, вазочка со сникерсами и жвачками на столе и я бы на рынке продавал картриджи для Dendy и Sega.

— Мама, я хочу стать строителем!
— Нет, сынок, собирайся в школу – будешь космонавтом.

У нашего преподавателя по инженерной графике были на удивление очень худые руки, и мы его с почтением величали не иначе как «Худрук».