Поезд пересекает российско-украинскую границу. По вагону идёт таможенник незалежной и громко объявляет:
— Валюта, иконы, наркотики, оружие!..
С верхней полки еврей отвечает:
— Таки ничего не надо, два стакана чая и пожалуй всё.
— Абрам, шо ты скажешь за майдан?
— Таки парадокс! Демократы победили, а демократии как не было, так и нет.
Абрам жалуется Хаиму:
— Эти врачи рецепты пишут словно курица лапой, а потом разобрать ничего невозможно.
— Не знаю, не знаю … — отвечает Хаим. — Я по своему рецепту полгода бесплатно ездил в общественном транспорте, два раза удалось сходить в театр, а на прошлой неделе — не поверишь — обменял на акции.
На Красной площади еврей смотрит, смотрит и потом спрашивает сотрудника полиции:
— Скажите, пожалуйста, а почему Кремлёвская стена такая высокая?
— А потому, — с издёвкой отвечает полицейский, — чтобы всякая сволочь не перелазила.
— Таки туда или оттуда?
— Алло, Абрам, это ты?
— Я!
— Шо делаешь?
— Кушаю.
— А шо ты кушаешь?
— Это не телефонный разговор.
Абрам, абсолютно случайно, оказался в гостях на грузинской свадьбе.
Спустя некоторое время, он толкает в бок соседа по столу и говорит:
— Ой вей! Сколько раз гулял на свадьбах, и не разу не видел такой страшной невесты!
Разъяренный грузин:
— Э, зачем так говоришь? Это мой дочь! Если ты не возьмёшь свои слова обратно я тебя зарэжу!
Абрам сильно перепугавшись:
— ОЙ! Ради Бога простите меня, я и не знал, шо Вы отец этой чудной красавицы!
Грузин:
— Ну всэ, капэц тэбэ! Я его мать!
— Слушайте, Абрам, шо это вы так громко кричали вчера на Сару?
— Она не хотела мне говорить, на что истратила все деньги.
— Ну хорошо, а шо вы сегодня так кричали?
— Сегодня она таки мне сказала.
Во время крушения самолёта, стюардесса пытаясь успокоить встревоженных пассажиров, говорит:
— Уважаемые пассажиры! Не стоит паниковать, мы летим с вами на экспериментальном самолёте нового поколения: «Супер Джет», сейчас мы пролетим под облаками, далее нырнём в океан, а после полетим дальше...
Падение, удар, выплывают два одессита:
— Сёма, а Сёма ты понял эту хохму?
— Таки нет...
— Все улетели, а мы остались!
Тётя Фая решила угнать самолёт. Она протиснулась в кабину пилотов и закричала:
— В Тель-Авив! Или я разденусь!
Приближается годовщина серебряной свадьбы.
Хаим говорит своей жене – Соне:
— Соня, золотце ты моё! Я надеюсь, шо подарок, который я тебе сделаю, будет красиво смотреться на твоём пальчике.
— Хаимчик, спасибо тебе, радость ты моя! Только не покупай слишком дорогое.
— Тебе не стоит об этом волноваться. Таки где ты могла видеть дорогие напёрстки?
|
Евреи
