Не буду...

— Алё, Свет, тут такое дело...
— Что случилось?
— Я дом достроил, дерево посадил... осталось дело за малым, приходи ко мне в гости сегодня вечером.

В трамвае большая давка. Едут, кто на работу, кто с работы. Батюшку зажали со всех сторон.
Одну из женщин плотно прижали к батюшке:
— Ого-го! – воскликнула женщина.
— Это не ого-го, а ключи от божьего храма!

Бобёр, увидев охотника, опознал на его голове пропавшего деда.

Знакомая — врач, работает в одной из местных больниц. И вот, заходит она в кабинет к другому врачу (он уролог), а у того на экране — огромный мужской член в разрезе, и на нём какие-то точки светятся. И он то в одну точку мышкой кликнет, то в другую...
— Что, – спрашивает она, — к операции готовишься?
Тот удивлённо смотрит:
— Нет, место в самолёте резервирую...

Каждое бревно деревянно по-своему.

Повзрослевший Буратино приходит к папе Карло:
— Пап, мы с Мальвиной уже давно встречаемся. Хотелось бы с ней... Как бы тебе сказать...
— Понял, сынок.
И папа Карло принялся за работу: нашёл сучёк, аккуратно прибил его куда следует, взял наждачку, зачистил.
Сдувает пыль:
— Ну всё, сынок, можешь идти к Мальвине!
— Слушай, бать! А ну её, эту Мальвину! Давай-ка лучше ещё наждачкой!

Пьеро Мальвину не ревнует
Но только чувствует порой
То псиной от неё воняет
То свежеструганной сосной

Если бы старик Карло был не столяром, а, например, слесарем, то Терминатор появился бы на 300 лет раньше.

Жил-был в лесу вежливый лось. И, действительно, лось был очень вежлив, вот только имел он одну маленькую слабость – всех зверей в лесу перетрахал. И медведя, и волка, и лисицу, всех. Остался только один заяц, до которого вежливый лось ещё не успел добраться. Бедняга заяц и днями, и ночами прячется от лося, боится. Как-то вечером решил заяц схоронится в норе у бобра.
— Послушай, бобёр, – говорит заяц, — дай я у тебя в норе заночую. Лось к тебе ведь уже заходил, авось второй раз не сунется.
Пустил бобёр, но на всякий случай предупредил:
— Ты засунь себе, – говорит, — в зад морковку, мало ли что.
Заяц так и сделал...
Вот уж луна на небе засияла, звёзды замерцали, заяц медленно погружается в сон... И вдруг... Чпок!
— Добрый вечер!

— Недавно слышал, что Мальвина оставила Пьеро и вышла замуж за Буратино?
— И что она нашла в этом деревянном чурбане?!
— Ну не скажи – сразу же и новый муж, и новая мебель...

На международном музыкальном конкурсе слабовидящий шотландский волынщик два часа дудел в бобра.

Ржевский отдыхает, уткнувшись мордой в салат, а Безухова потянуло блеснуть познаниями в области биологии.
— Это, Наташа, креветки. Семейство – ракообразные, отряд – членистоногие, – говорит Безухов Наташе, показывая на креветок.
Тут из тарелки с салатом поднимается рожа Ржевского:
— Наташу в кроватке раком отодрали члены стоногие? Ну знаете, Безухов, вы как нажрётесь – такую х*йню несёте!

В детстве летом в деревне у бабушки я увидела лошадку, которая, как тогда мне показалось, рожала жеребенка, и ножка уже торчала. Спустя годы приехав в деревню, я поняла, что это была не лошадка, а конь, и торчала там совсем не нога.

Папа Карло застаёт Буратино за процессом "самоудовлетворения", и тут же отвешивает ему звонкий подзатыльник со словами:
— Сколько раз тебе повторять — сам сгоришь и хату спалишь, дурень!

Вовочка, с книжкой в руках — подходит к деду:
— Дедушка, я тут на одну книгу у тебя наткнулся. Обложка сильно затёртая, но некоторые слова, хоть и с трудом, но всё таки можно разобрать:
"...оральный ...екс ....тел... низма".
Дед, неужели это у тебя на книжной полке стоит какая-то порнография?
— Конечно же нет, Вовочка, это "Моральный кодекс строителя коммунизма"!

Сегодня утром, пролистывая новостную ленту, прочёл новость о том, что в воронежском бобронариуме впервые появились на свет два маленьких бобрёнка. Меня до сих пор не покидает ощущение того, что основной посыл новости здесь вовсе не про рождение бобрят, а про существование в Воронеже, воронежского БОБРОНАРИУМА.

Начальник принимает новую секретаршу на работу. Проинструктировал, а в конце добавил:
— Чтобы обязательно ножницы с собой носила.
Надо так надо. Ходит на работу неделю, другую и всё ножницы таскает.
Интересно стало, ну и как-то спрашивает у шефа зачем, мол, ножницы-то? А тот:
— Да как-то раз у меня пуговица на ширинке оторвалась, и моя секретарша прошлая пришить решила. Ну пришила, а нитку отрезать не может, ножниц под рукой нет. Ну и решила зубами откусить, а в этот момент комиссия заходит!

— Папа Карло. Вот вам бревно. Сделайте мне из него жену!
— Ну знаете... Когда жена – бревно, это ещё туда-сюда, Но когда бревно – жена, это уже ни туда ни сюда...