Сексуальные сцены в фильмах

— Папа, одолжи нам с девушкой автомобиль на вечер.
— Бери, но там нет бензина.
— А нам и не надо.

Я всё ещё верю в то, что однажды родители скажут мне, что я сын миллиардеров и они просто проверяли меня все эти 45 лет.

Начал плавно переходить от возраста "в мои годы батя уже женился" к возрасту "в мои годы батя уже из семьи ушёл".

Каждый раз, когда я показываю маме смешное видео с Ютуба, она спрашивает "а кто это?". Я не знаю, кто это! Просто смейся и возвращай мне телефон, мама!

Когда в 12 лет я съела пачку чипсов и запила её колой, я думала, что мне никогда не будет так хорошо.
Так и оказалось.

Вовочка интересуется у матери:
— Мам, а как я на свет появился.
— Ну, мы с папой тебя в капусте нашли.
— Ого, а как моя сестрёнка Диана появилась?
— А её мы в ромашке нашли.
— Ясно.
На следующий день, Вовочка, забыв постучаться в дверь, заходит в комнату к родителям и застаёт их за "интересным занятием".
— Ой, я смотрю у вас тут садоводство в самом разгаре.

Хочу в детский сад, чтобы меня привели, накормили и спать уложили. Играть со мной не надо, я буду тихо спать и всё!

Часто сталкиваюсь с людьми, которые то и дело — жалуются на то, что родители когда-то испортили им детство записав в художественную школу/музыкальную/в секции и на кружки, и что это было самое ужасное, что только было в их жизни, бесполезная трата времени.
А меня вот мать в детстве никуда не отдала, поэтому всё что я умею делать, так это просто тупить.

Ни для кого не секрет, что занятие любовью куда лучше и безопаснее, чем война. Однако просмотр фильмов про войну, жестокость и насилие считается вполне допустимым, а просмотр фильмов, где занимаются любовью, всячески порицается и преподносится как нечто недопустимое...

Перестали говорить, что в моём возрасте уже давно пора жениться, потому что мои друзья–ровесники уже практически все успели развестись.

Когда тебе 16 лет:
— Не говорите мне что делать.
Когда тебе 20 лет:
— Пожалуйста, кто-нибудь, подскажите что мне делать.

Спрашиваю у сына:
— Кем ты хочешь быть, когда вырастишь?
— Сантехником...
— Кем?
— Ну, или протирщиком стёкол...
— Кем-кем??
— Или чистильщиком бассейнов...
Позднее, шёпотом говорю жене:
— Кажется, наш сын нашел нашу коллекцию с фильмами для взрослых...

Прививая нам комплексы, тем самым родители желают, чтобы нами было проще управлять. Со временем, мы вырастаем и становимся взрослыми, а привитые нам комплексы остаются, но управляют нами уже совсем другие люди...

— Если ешь спелую, сочную и вкусную черешню, то ты ребёнок.
— Если не ешь никакую черешню, ибо дорого, то ты взрослый и съехал от родителей.
— Если доедаешь какую-то гниль и некондицию, то поздравляю с пополнением.

Отец, отчитывает свою несовершеннолетнюю дочь, которая начала встречаться со своим ровесником-одноклассником:
— Ты слишком молода, чтобы заводить серьёзные отношения.
— Но отец, когда встретились Ромео и Джульетта, им было 16 и 13 лет.
— Их роман длился всего три дня и в результате погибло пять человек.

В детстве что плохо — у тебя нет денег… Но, с другой стороны, тебе не надо ходить на работу, у тебя нет тёщи и не надо платить за коммуналку и ипотеку.

Диалог двух матерей:
— Сколько твоему исполнилось? Десять лет?
— Семь вообще-то.
— То-то я думаю он для десятилетнего немного туговат.

— Яшенька, если будешь хорошо себя вести, купим тебе велосипед!
— А если плохо?
— Пианино!

Я когда была маленькой: если зарабатывать по 20 тысяч в месяц, то через год у меня будет 240 тысяч.
Я сейчас: с зарплаты можно будет купить себе шампунь.

Сидит дома композитор. Работы нет, денег нет, кругом кризис. И тут — звонок.
Звонит приятель-режиссёр:
— Слушай, мне для фильма тема нужна на финальные титры. Сбацаешь что-нибудь простенькое? Премьера через две недели, я погибаю, спасай!
— Да ни вопрос! Только расскажи, о чём фильм, чтобы я с музыкальной темой не промахнулся.
— Да в нём вообще музыки нет! Тема только для титров. Представь: с сухого дерева лист медленно, зигзагом, падает на мокрый асфальт. И как только долетает до земли — начинается твоя тема и титры.
— Ок. Через неделю сделаю!
И композитор с голодухи сочиняет неимоверно красивую, дивную музыку — хоть сейчас на «Оскара». Отправляет режиссёру. Тот отвечает: «Всё ок», — и приглашает на премьеру.
Приходит композитор в зал — а там пусто. Только на галёрке сидит пожилая парочка, обоим далеко за восемьдесят.
«Ясное дело, — думает композитор, — драма нынче не в цене, никого, кроме старичков, не интересует».
Сел он, свет погас, началось кино.
На фоне природы мужик самозабвенно трахает тёлку с сиськами размером с баскетбольные мячи. Дальше — больше: подошла ещё парочка, поменялись… Потом негры, калеки, карлики — вся эта орава уже в экран не помещается! А потом вообще собака прибежала! Сначала собака всех отодрала, потом все трахнули собаку…
И тут камера берёт крупный план, наезжает на сухое дерево, срывается лист и медленно падает зигзагом на землю. Звучит та самая неземная, дивная тема — и идут титры.
Зажигается свет. Композитор сидит в шоке, красный как помидор от стыда. Думает: «Ну, сука, режиссёр, ну удружил! Что обо мне люди подумают?!».
Встаёт с места и с этой мыслью идёт к выходу. И тут замечает, что пожилая парочка, в предынфарктном состоянии, сидит и смотрит прямо на него.
И он ничего лучше не придумывает, как сказать:
— Музыка моя!..
А они, продолжая смотреть стеклянными глазами на пустой экран, отвечают:
— … А собачка наша…

За девять месяцев до моего появления на этот свет, я отправился на вечеринку с моим отцом, и в конечном итоге, я ушёл оттуда домой, вместе со своей мамой.