Музыка и такси: два разных мира

Знаете, а я бы сейчас не отказался бы от предложения, от которого невозможно отказаться.

Дореволюционная Россия. Великий портной Хаим Броненштейн говорит своему сыну:
— Абрам, у меня к тебе мужской разговор. Когда ты окончил гимназию и захотел учиться наукам, я послал тебя в Кембридж. Ты закончил первую ступень и поступил в Оксфорд. Потом тебя взяли в Гарвард, где ты блестяще защитил диссертацию. Всё это хорошо, но ты уже вырос, сынок, и пора определиться в этой жизни и начать зарабатывать деньги. Так каким ты хочешь стать портным: мужским или дамским?

Раньше Фемида была — зрячая, а адвокаты — бедные, но потом они её — ослепили…

До 18.00 работают только лентяи!
Работать нужно до тех пор, пока не упашешься!
Поэтому я ушла домой в 15 часов.

Вот моя зарплата и аванс меня устраивают, но хотелось бы что-то ещё вроде «полдника» между ними.

Ты ноешь, что никто не любит тебя настолько, чтоб платить за тебя.
Я ною, что никто не любит меня настолько, чтоб любить бесплатно.
Мы разные.

10 лет я копил на новый автомобиль, а накопил на утиль. Сбор.

— Хаим, я хочу тебе сказать, что сейчас стало крайне трудно подниматься по карьерной лестнице.
— Фима, я тебе больше скажу, к ней стало трудно даже просто подступиться.

Песня «Вова-чума» признана экстремистской.

Кассир Пятёрочки в день встречи выпускников превращается в финансового специалиста Х5 Retail Group.

В детстве, Иван очень сильно мечтал стать фокусником, и вот он вырос, и его мечта сбылась... почти, ведь работает он теперь на таможне.

— Помню в моём далёком детстве, очень уж нравился мне один российский сериал про ментов «Улицы разбитых фонарей». Так вот, он меня тогда на столько сильно впечатлил, что я для себя чётко понял, чем именно хочу заниматься во взрослой жизни.
— Хм... Работать в полиции?
— Нет. Смотреть сериалы.

Вспоминается шутка про директора завода, который в интервью хвалит свою жену за достижения: «Благодаря моей жене средняя зарплата сотрудников нашего завода выросла до 60 тысяч, ведь у всех зарплата 15 тысяч, а у неё три миллиона.»

Мечтаю найти такую работу, где на вопрос «Что за хренью вы тут занимаетесь?» я мог бы солидно ответить:
— Вообще-то, это моя работа!

— Чем мурал отличается от граффити?
— Граффити городские власти закрашивают, а мурал нет.

Ехал сегодня в такси. Водитель пребывал в прекрасном настроении: «Я люблю свою работу», — говорит. «Сам себе начальник, никто мне не указ.» А я ему: «Здесь направо».

Возможно я не самый идеальный человек. Но это ведь смотря в чьём мире.

Банкиры — это страшные люди: они даже деньги заставляют работать!

Только в нашей * профессии *, чтобы прокормить свою семью, надо не видеть её месяцами.

— Ты же в банковской сфере работаешь. Хочу кредит оформить.
— Знаешь, у мафии можно в долг взять.
— Да ты что, я же не самоубийца! Скажи мне как лучший друг, какой банк выбрать?
— Как друг советую: у мафии возьми.

После развода у пар начинается соревнование: «Кто кого счастливее».

Чем больше у женщины самомнение, тем короче её юбка. От длины ног это зависит мало.

Бывают такие женщины. Мало того, что она доска — так ещё и бревно.

В данный момент времени мы с вами находимся в точке бифуркации, и любое принятое нами решение изменит наше будущее — пойдёт тот или иной сценарий. Неизменным останется лишь одно: социальный лифт будет всегда обоссан.