😄 Анекдот — Лак для волос
Анекдоты:
2900 0

Лак для волос

Утро. Хаим, наблюдая за тем, как его жена – Соня, покрывает сделанную причёску лаком для волос, говорит:
— Зря ты, Сонечка, дихлофос переводишь, твои тараканы таки бессмертны!

 16.10.2016 косметика, евреи, жена, Лак для волос, Тараканы в голове, Женская прическа, Тараканы, муж, Дихлофос
Комментарии к анекдоту:
⚡
16.10.2016 14:02 #
Тот самый момент, когда твои тараканы в голове требуют немного токсикомании... =)
Добавить комментарий
Код:


    Все наверное слышали о том, что женская косметика способна нанести существенный вред здоровью и организму человека в целом. И ведь с этим утверждением, трудно не согласиться, особенно когда ты возвращаешься поздним вечером домой, где в коридоре тебя уже встречает недовольная жена с расспросами о том, где ты был и почему так поздно вернулся с работы, после чего, принюхавшись к тебе, улавливает аромат духов любовницы, а приглядевшись к твоей рубашке и вовсе, замечает следы губной помады, которые оставила на память о себе, всё та же любовница... На следующее утро, пошатываясь и прихрамывая, идёшь снимать побои нанесённые скалкой, кастрюлей и сковородой. Женская косметика способна вредить здоровью, это факт...

    — Абрам, мне таки сегодня приснилось, что ты на 8 марта подарил мне бриллиантовое колье!
    — Софочка, таки будешь хорошо себя вести, в следующем сне я подарю тебе «Лексус».

    Сара пришла домой раньше обычного и устраивает скандал мужу...
    — Абрам, шо за голая баба у нас в ванной?!
    — Какая таки баба?! Это же русалка... Я её сегодня на рыбалке поймал...
    — Ну, и где у неё тогда хвост?
    — Опа! Действительно! То-то я смотрю шо-то с ней не так...

    — Софочка, сделай мне чай.
    — Ой, Хаим, я так устала, сделай сам.
    — А я не устал? Я, между прочим, на работе был!
    — Хорошо, давай не будем ссориться, поступим так – я сделаю чай тебе, а ты – мне.
    — Хорошо.
    — Софа, вот твой чай!
    — Я перехотела, пей сам!

    — Ребе, у моей жены тяжёлые роды. Что делать?
    Ребе смотрит в Талмуд, бормоча:
    — Тяжёлые роды, тяжёлые роды… А, вот, нашёл! Возьми старые-старые штаны и брось их в печку.
    — Ребе, неужели вы думаете, что это поможет?!
    — Во всяком случае, не помешает.

    Сидят два еврея. Один говорит:
    — Изя, моей Софе секс нужен каждый день. А я уже не молод, я так больше не могу.
    — Абрам, я тебя много лет назад предупреждал: не женись на некрасивой женщине, тебе никто помогать не будет.

    Германия. Автобус с туристами из Одессы. Экскурсовод просит каждого посмотреть, все ли его соседи сели в автобус. Закрывается дверь, автобус уезжает. Километров через десять его догоняет полицейская машина. В дверь заходит женщина средних лет и с характерным акцентом восклицает:
    — Моня, не с твоим щастьем!

    — Сара, а ты своего Абрашу любишь?
    — Разумеется! Чем он хуже других?

    — Хаечка, я тебя предупреждала, что твой Фима таки бабник! Я вчера его видела выходящим от любовницы.
    — Тю, Софочка! А шо ему там безвылазно сидеть?

    — Изенька, милый, что ты посоветуешь мне почитать?
    — Софочка! Почитай молитву, пока я дочитываю переписку в твоём телефоне!

    Собирается Абрам в командировку в Бердичев, и его супруга Сара даёт ему дельный совет:
    — Абрам, зачем таки тебе тратить суточные? Ты ведь можешь остановиться у моей сестры Софы, она недалеко от центра города живет, очень удобно.
    По возвращении Сара спрашивает:
    — Ну, что, Абрам, удалось суточные сохранить?
    — Дааа, мои-то суточные сохранить удалось, а вот месячные Софы нет...

    Некая одесситка (которой уже хорошо за 70 лет) была замужем за евреем, который давно отошёл в лучший из миров, а она русская и свою фамилию не меняла при замужестве. Часто ходит в Еврейский культурный центр, где её принимают за свою.
    Так вот, в этом центре продавали мацу: русским по 100 рублей, а евреям по 80 рублей. Она встала в ту очередь где по 60 рублей.
    Продавец:
    — Ваша фамилия.
    — Иванова.
    — Вам не положено.
    — Здрасте! Значит, спать с евреем мне можно? Детей иметь с евреем мне тоже можно!? А мацу, значит, по 60 рублей нельзя?

    В Одессе:
    — Доброе утро, Семён Маркович! Как Вы имеете своё здоровье!
    — Изя! Спросите лучше, как оно имеет меня!..
    — А супруга, Сара Моисеевна?
    — Я тебя умоляю, шо с ней сделается?..

    Абрам Самуилович с грустью начал ощущать, что недавние постельные битвы с супругой стали превращаться в дружеские встречи ветеранов.

    Телефонный звонок на одесское радио.
    — Здравствуйте, это радио ретро фм?
    — Да…
    — И сейчас меня таки все слышат?
    — Да, вы в прямом эфире.
    — И в магазинах, и на рынках?
    — Да, и в магазинах, и на рынках.
    — Хорошо… Изя, молоко не покупай, бабушка уже купила!

    — Софа, ты мне изменяешь!
    — Изя, да как ты мог такое подумать! Это неправда!
    — К тому же со старым Рабиновичем!
    — А вот это уж совсем неправда!

    Абрам приходит домой с шикарным букетом роз. Софа поражена:
    — Ого! Да вы только поглядите, и это впервые за последние десять лет! Интересно, за шо мине такая радость?
    — Софочка, ты сегодня радуйся столько, сколько посчитаешь нужным. А завтра мы подарим этот букет на свадьбу твоей сестре!

    У Хаима умерла жена. Одесса. Многочисленные родственники, соседи, знакомые, зеваки. Пришло время выносить тело, а Хаима нигде не могут отыскать. В конце концов, на чердаке толпа родственников, возглавляемая родным дядей Хаима из Жмеринки, находит вдовца в совершенно недвусмысленной позе с молодой домработницей.
    Влезший на чердак первым дядя, сдерживая напирающих снизу любопытных, спрашивает:
    — Хаим, у тебя такое горе, у тебя умерла жена, ты соображаешь, что ты делаешь?
    В ответ Хаим в некоторой задумчивости и где-то даже прострации отвечает:
    — У меня такое горе, у меня умерла жена, я не соображаю, что я делаю.

    — Хаим, ты хоть раз говорил Софе всё, что ты о ней думаешь?
    — Говорил… Хочешь, шрамы на голове покажу?

    — Изя, я беру свои слова обратно...
    — Сонечка, неужели ты решила извиниться?
    — Нет! Я таки придумала новые!

    Абрам говорит своей жене Саре:
    — Сара, а ты знаешь, проанализировав долгие годы нашей совместной с тобой жизни, я пришёл к выводу, что мы с тобой, как две параллельные прямые...
    Сара призадумавшись:
    — Это как?
    — То, что мы с тобой пересеклись – это ошибка.

    Одесская семья:
    — Абрам, на могилку чаще цветы приносят, чем ты мне...
    — Соня, я не понял! И таки что ты предлагаешь?!..

    — Семён, тебе второе подавать?
    — Нет, блин, Соня – давай будем ждать, пока само придёт!

    Приближается годовщина серебряной свадьбы.
    Хаим говорит своей жене – Соне:
    — Соня, золотце ты моё! Я надеюсь, шо подарок, который я тебе сделаю, будет красиво смотреться на твоём пальчике.
    — Хаимчик, спасибо тебе, радость ты моя! Только не покупай слишком дорогое.
    — Тебе не стоит об этом волноваться. Таки где ты могла видеть дорогие напёрстки?

    — Абрам Самуилович, а с чем можно сравнить брак?
    — С лотереей.
    — В смысле повезёт-не повезёт?
    — В смысле, что вложенного уже никогда не вернёшь ...

    Хаим пришёл домой пораньше и застал свою жену Софочку в постели с неизвестным спящим мужчиной.
    — Аааа!!! Убью!!!
    — Тихо, тихо, Хаимчик. Я сдала этому приезжему пол-кровати.
    — Как можно таки быть такой расточительной! На эту площадь можно троих поселить!

    — Изя! Ты мне приснился в эротическом сне!
    — И шо там, Софа, я тебе вытворял?
    — Ты пришёл, и всё испортил!

    — Сара, ты вновь решила связать себя брачными узами?
    — Да какие там узы?! Так, узелок на память…

    — Ребе, я хочу развестись.
    — Моня, а в чём причина?
    — Таки, причин много, но самая главная — я женат!

    — Сара, ты идёшь на Привоз?
    — Иду.
    — А деньги взяла?
    — Да.
    — Смотри, только не трать...

    — Сара, милая, если я умру – не сиди вдовой, выходи замуж. Будь счастлива. И пусть этот человек правильно воспитает наших детей!
    — Ой, как ты меня замучил! Нормальный суп! А не хочешь – так и ни кушай.

    — Софа, меня всегда занимал вопрос: почему это у женщины – прелести, а у мужчины – срам?
    — Та, какой там срам?! Так... срамулька.

    По телевизору, в эфире вечерних новостей, расхваливают одного одарённого художника:
    — Одним мазком своей кисти он может превратить смеющееся лицо в плачущее.
    — Ой, я вас умоляю, – комментирует Абрам. — Моя Сонечка веником может сделать тоже самое!

    — Хаим Натанович, вы знаете, шо такое детектор лжи?
    — Ой, Сёма, сказать, шо знаю, — это ничего не сказать!
    — И шо, вы его видели?
    — Та шо там видел! Меня угораздило на нём жениться!

    — Соня, сволочь! Ты мне изменила!!
    — Я думала, шо ты меня бросил...
    — Да я ж, на семь минут в туалет отошёл!

    — Софа, кто это Вам так глаз подбил?
    — Мой Хаим, кто же ещё!..
    — А мы думали, что он в командировке.
    — Я тоже так думала.

    Соня смотрит в окно и говорит Абраму:
    — Смотри, Абрам, и учись... Живут же таки некоторые жёны!
    — Ты о чём?
    — О чём... Видишь, какой у Сары муж внимательный и заботливый! Даже бельё помогает снять с верёвки.
    — Да, Хаим очень внимательный, дорогая! Я согласен. Но бельё-то наше!

    Сидят за столом русский, француз и еврей.
    Француз:
    — Моя жена Лили такая чистоплотная, меняет трусики раз в два дня.
    Американец:
    — А у моей Хилари вообще на трусиках дни недели расписаны. Меняет каждый день.
    Еврей:
    — А у моей Сарочки одни рейтузы, месяц носит, потом вывернет, ещё месяц носит, потом мотню вырежет и мне футболочка.

    Соня умирает и говорит мужу:
    — Семён, женись после моей смерти.
    — Нет, Соня.
    — Семён, я прошу тебя, о тебе кто-то должен заботиться.
    — Нет, Соня.
    — Семён, но это моя последняя просьба, почему ты отказываешься её выполнить?
    — Потому, Соня, что лучше тебя мне всё равно не найти, а такую же как ты мне больше не надо.

    — Абрам, а ты куда это встаёшь, посреди ночи?
    — Пойду посмотрю, не горит ли где в доме свет?
    — Какой же ты у меня умница, мне тоже прихвати чего-нибудь вкусненького.

    Одесса. Привоз.
    — Ви называете это куриными яйцами?! Не смешите! Это ж горох из-под кролика!
    — Дамочка, шо ви можете знать за яйца? Крупнее не бывает!
    — Не бывает?! — жена поворачивается к мужу. — Абрам, а ну-ка покажи ему свои!

    — Борис Моисеевич, если Вы утверждаете нам, что женаты, но при этом штампа о регистрации брака у вас в паспорте нет, то получается у вас гражданская жена?
    — Сара!? Нет, Великая Отечественная!..

    — Софочка, а вы таки знаете, шо такое писк моды?
    — Писк моды — это звук, который издаёт мой Сёма, когда видит ценник на этой модной вещи…

    — Слушайте, Абрам, шо это вы так громко кричали вчера на Сару?
    — Она не хотела мне говорить, на что истратила все деньги.
    — Ну хорошо, а шо вы сегодня так кричали?
    — Сегодня она таки мне сказала.

    — Хаимчик, дорогой, кажется, ты скоро будешь папой!
    — Софочка, уточни, пожалуйста – «кажется, будешь» или «кажется, ты»?!

    В еврейской семье муж ходит по квартире обнажённый, но в галстуке. На вопрос жены, почему он так делает, муж ответил: «Могу я дома расслабиться». А на вопрос, почему же он ходит в галстуке, супруг ответил: «А вдруг кто придёт».

    У моей Софочки просто идеальный слух. На столько идеальный, что она чётко слышит, как на мою зарплатную банковскую карту приходят деньги.

    Хаим Натанович возвратился домой из командировки. На вокзале он взял такси, а когда доехал до дома, то попросил таксиста подняться с ним и стать свидетелем — мол, он подозревает, что жена ему изменяет.
    Таксист сказал, что готов засвидетельствовать всё, что угодно. Они поднимаются, муж бросается в спальню, срывает одеяло, а там действительно его жена с любовником.
    Он выхватывает пистолет и хочет застрелить любовника, но тут жена начинает истерично кричать:
    — Нет, не делай этого! Я тебя обманывала: я не получила наследство от своей тёти! Это всё он нам оплачивает: дом, машину, катер, обучение наших детей, да и все наши крупные расходы — тоже оплачивал он! Не убивай его!
    Хаим Натанович опускает пистолет и в растерянности обращается к таксисту:
    — Ну, и что мне, как вы считаете, теперь делать?
    — Накройте его одеялом, — советует таксист, — не дай Бог, простудится.

    Абрам Самуилович, умирая, диктует нотариусу Якову свою последнюю волю:
    — Моей жене, Софочке, которая всю жизнь мечтала о бриллиантовом колье и норковой шубе, я завещаю своё старое кресло-качалку — в нём очень хорошо мечтается…

    — Хаим, Софочка уже два года как умерла, почему ты не женишься?
    — Ты знаешь, Абрам, я ищу женщину с астмой.
    — Не понял, Хаим?
    — Ой, ну шо тут не понять! После Софочки осталось столько лекарств...

Загрузка материалов...