Оставление детей со стариками

Сидят две бабушки возле подъезда.
Одна, с ностальгией в голосе, говорит:
— Никифоровна, а ты помнишь, какими мы били в молодости. Красавицы! Особенно Я! А сейчас? Старые, страшные, особенно ТЫ!

– Мне 7 лет. Ура! Наконец-то мы с бабушкой едем на дачу!
– 14 лет. Достали предки со своими грядками!
– 20. Кажется бабушка сошла с ума, целыми днями рвёт траву, ладно бы на грядках, а трава вдоль забора кому помешала?
– 25. Дача нужна только для шашлыков.
– 35. А не посеять ли мне редиски?
– 45. Весь огород в грядках.
– 60. Что-то забор травой зарос, нужно прополоть.
– 78. Тащу тяжеленный рюкзак на дачу, дети-внуки не помогают, говорят — ничего сеять не надо, всё купим.

И только правнук радует, ему 7 лет, и он счастлив, что снова лето, и мы едем на дачу. Жизнь продолжается.

Сначала ты вся такая молодая, озорная, а потом погоду коленкой предсказываешь.

В своём возрасте живу как 80-летняя бабушка. Смотрю сериалы, ем, иногда гуляю. Больше и рассказать-то нечего.

Встречаются как-то три бабушки, все уже в почтенном возрасте и достаточно пожилые.
Первая говорит:
— Ой, у меня так-то всё хорошо, сплю крепко до шести, но вот "по маленькому" без доктора не хожу.
Вторая говорит:
— Ой, вы знаете, а я тоже сплю хорошо, "по маленькому" хожу сама, но вот "по большому" без доктора — никак.
А третья, выслушав их — говорит:
— Вы знаете, мне уже 93 года и я сплю крепко, "по маленькому" хожу сама, "по большому" тоже сама, но вот только просыпаюсь — после...

Я уже в том возрасте, когда чтоб увидеть северное сияние достаточно резко встать с дивана.

Сегодня, проехав мимо нужного поворота, я впервые на выдохе произнесла «пу-пу-пу». Не нормальное человеческое ругательство и даже не «японский городовой» и тому подобное.
Испугалась и призадумалась. Что дальше, кроссворды и рассада в горшочках?..

Детей нужно заводить в 45 лет, представьте, ему 15 он кричит: «Ты меня не понимаешь!», а ты его уже и не слышишь.

Бабушки и дедушки как правило хорошо ладят с внуками, потому что у них есть общий враг.

Я уже в том возрасте, когда у меня есть любимый налоговый инспектор.

Лето. Парк. На лавочке сидят два пожилых деда. Мимо них проходят две молоденькие девушки в коротких юбках.
Один из стариков:
— Эх, Михалыч, было бы нам с тобой сейчас снова лет по восемнадцать, эх и приударили бы мы с тобой за этими девушками.
Второй дед:
— Степаныч, ты что сума свихнулся что ли? Опять сорок лет работать за копейки, чтобы выйти на нищенскую пенсию!? Ну нафиг!

Когда мы, наконец, сможем позволить себе иметь детей, у нас уже будут внуки.

Когда в 65 лет друзья и родственники мне говорят: «У тебя всё ещё впереди», мне кажется, они подразумевают похороны…

То, что сорок пять — прекрасный возраст, понимаешь только в шестьдесят восемь.

Мой психологический возраст — девяностолетняя бабка, у которой то давление подскочет, то спину перекосит, и ещё я не люблю сосущиеся парочки в людных местах, и вообще, где моя скидка в пятёрочке, почему всё такое дорогое!

Старость — это когда аптечка заполняется быстрее, чем холодильник.

Все люди делятся на дедов и бабок.
Бабка всегда зовёт скорую. Дед не идёт к врачу даже при открытом переломе.
Бабка делит всех людей на проституток и наркоманов. У деда все люди — проститутки и наркоманы разом, и музыка ваша говно.
Познав, дед вы или бабка, вы познаете себя.

— Как же всё таки быстро летит время!
— И не говори! Люди, родившиеся в 2000-м, в этом году уже пошли нах*й!

Что меня беспокоило в 18 лет? Несправедливость мира, нарушения демократических норм.
Что меня беспокоит в 30 лет? Колени.

Пора открывать ночной клуб с негромкой музыкой, удобными креслами и кефиром в бокалах. Для тех, кто устал тусоваться, но не может остановиться.