Шпион, не иначе...

Только армия умеет перестраиваться, не меняя направления.

— Чем ЦК отличается от ЧК?
— ЦК – цыкает, а ЧК – чикает.

А ведь кэшбек в СССР был. Он назывался сдача пустых бутылок...

Молодой, красивый офицер внешней разведки женился на дочери начальника разведуправления.
На следующий день вызов в управление:
— Вам предстоит серьёзное задание. Ваша легенда: вы молодой скучающий миллионер, ближайшие 20 лет живёте в пригороде Парижа с женой, отдыхаете на курортах, проводите вечера в ресторанах, покупаете яхты, дорогие машины. Через 20 лет получите задание.
На радостях офицер загудел с друзьями.
На вечеринке он говорит:
— Тесть, старый муд...к... мне вот ксиву в Париж выправил... Уважает, мля!
На следующий день вызов в управление:
— Ваша легенда меняется! Финотдел не утвердил смету. Итак, вы одинокий одноглазый гомосекексуалист, бомжуете под мостом в пригороде Ханоя. Через 20 лет получите задание...

Преимущества социализма видны только сверху.

— Почему ты носишь эти вещи, они же старые, из СССР?
— Потому что они целые до сих пор.

В сталинские времена тотальной слежки собрался муж спать ложиться да призадумался, как ему жену поиметь, чтобы не посадили: «Ежели сверху скажут эксплуатация женщины. Ежели снизу скажут попал под каблук к жене. Ежели справа скажут правый уклон. Ежели слева скажут левый уклон».
Ну, муж думает ну её, да и самоудовлетворился. Eго всё равно посадили – за связь с кулачеством и разбазаривание семенного фонда.

Украли американцы у русских чертежи секретного истребителя. Собрали — паровоз. Разобрали, собрали — паровоз! Что делать, выкрали русского специалиста. Спец берёт чертёж, смотрит, смотрит и говорит: «Там же внизу маленьким шрифтом: после сборки обработать напильником».

— Почему в СССР люди варили джинсы?
— Потому что в советские магазины они поступали недоваренными.

Приходит Брежнев как-то раз на заседание политбюро без единой награды.
Его и спрашивают:
— Леонид Ильич, а где же ваши ордена?
— Ой, я забыл их с пижамы снять!

— Смените мне имя, фамилию и отчество!
— А как вас зовут?
— Никита Виссарионович Троцкий.

Советскому инженеру поручили построить капитализм с человеческим лицом... Капитализм сам ох**л, когда посмотрел в зеркало...

— Будут ли при коммунизме деньги?
— Югославские ревизионисты утверждают, что будут. Китайские догматики утверждают, что нет. Мы же подходим к вопросу диалектически: у кого будут, а у кого и нет.

Трое мужчин в гостиничном номере в Советской России. Первые двое мужчин открывают бутылку водки, а третий устаёт и сразу же ложится спать. Однако он не может уснуть, так как его всё более и более пьяные друзья, громко рассказывают политические шутки. Через некоторое время, ему это надоедает и он спускается вниз покурить. Он останавливается в гостиной и просит секретаршу принести чай в номер через пять минут.
Мужчина возвращается в комнату, садится за стол, наклоняется к розетке и говорит в неё:
— Товарищ майор, мы хотим чаю в комнату 62, пожалуйста.
Его друзья смеются над шуткой, пока не раздаётся стук в дверь и администратор не приносит к ним в номер горячий чай. Его друзья тут же замолкают и начинают бледнеть, ужасаясь уведенному. Компания резко замолкает и человек, наконец-то засыпает. После хорошего ночного отдыха, человек просыпается, и замечает, что его друзья куда-то ушли. Удивлённый данным событием, он спускается вниз и спрашивает у администратора, куда они пошли. Нервная администраторша шепчет, что приходили люди из КГБ и забрали их до наступления рассвета. Мужчина в ужасе. Он удивляется, почему не забрали и его.
На что администратор ответила:
— Всё дело в том, что товарищу майору очень понравилась ваша шутка с чаем.

Идут похороны Черненко. Какой-то мужик пытается прорваться ближе к траурной процессии. Ему удается пройти первое кольцо оцепления из милиции, второе — из военнослужащих, прорываясь через третье — из сотрудников КГБ его останавливают и спрашивают:
— У Вас приглашение?
— Нет, у меня абонемент!

В СССР секса не было. Он в то время свирепствовал в Китае.

Народную артистку СССР Александру Александровну Яблочкину чествовали на юбилее в Малом театре, вручили грамоту «За добросовестный, многолетний труд и в ознаменование 40-летия Октябрьской революции». Яблочкина выходит с ответным благодарственным словом и говорит:
— Дорогие мои, вот я ещё при царе работала. Как тяжело нам было, как нас унижали, какие-то бриллианты совали, кольца, экипажи дарили, дома. И всё прожила, всё прошло, а вот эта грамота – на всю жизнь! Спасибо вам!

Рабинович сдаёт экзамен по истории КПСС.
Его спрашивают:
— Кто такой был Карл Маркс?
— Карл Маркс умер! Почтим его память минутой молчания.
Комиссия встала. Почтили.
— А кто такой был Ленин?
— Ленин умер, но дело его живёт. Почтим память великого вождя минутой молчания!
Встали. Почтили.
Профессор шепчет членам комиссии:
— Ставьте ему тройку, а то сейчас заставит петь «Интернационал», а я только первый куплет знаю.

Жириновский рассказывает Ельцину старый анекдот:
— В 1986 году взорвался Челленжер. Французы принесли соболезнования через два часа, англичане через час, а Советский Союз за час до взрыва.
Президент США:
— Ох уж эти русские! Ладно, что у них там на «Ч»?
Ельцин:
— А мне понравилось! Что у меня тут на «Ч» есть?

Два русских сувенира – матрёшка и водка – удивительно похожи: открываешь первую, а там и вторая, и третья.

Наступил коммунизм. Подходит гражданин к распределительному пункту, а не нём объявление: «Сегодня потребности в колбасе нет».

— Вы можете что-нибудь привести в пример родом из СССР, чтобы оно уверенно, надёжно, без остановок функционировало?
— Да. Это моя жена, она родилась еще в СССР. Её не переспоришь.

Даже в стране победившего пролетариата кто-то должен работать.

Когда я был пионером, мне постоянно рассказывали, как классно будет жить через 50 лет. Сейчас, через 50 лет, мне постоянно рассказывают, как классно я жил 50 лет назад.

Не сдавшие экзамен по истории остаются на 37-й год.

В Киеве в паспортный стол приходит человек и говорит, что хочет сменить фамилию на более известную.
— И какую фамилию вы хотите?
— Лобановский.
— А какая у вас сейчас?
— Лобачевский.

Тема докторской диссертации: «Могла ли уцелеть страна, во главе которой волей правящей партии оказались Горбачев, Яковлев, Шеварднадзе?»

— У вас икра чёрная в продаже есть?
— Нет, она не нужна никому.
— Как так?
— Ну постойте рядом, послушайте. Никто икру не спрашивает.

"В этом суть. В этом источник силы и залог неизбежной полной победы коммунизма".

Внимательный Толик доллар нашёл,
с долларом этим в «Берёзку» пошёл...
Долго папаша ходил в Комитет:
доллар вернули, а Толика – нет.

Партия — ум, честь и совесть нашей эпохи. Беспартийные прекрасно обходятся и так.

В церкви звонит телефон. Священник поднимает трубку.
— Алло, батюшка, это из горкома партии. Стульев не хватает. Пришлите нам 12 штук.
Священник:
— Шиш вам, а не стулья! Прошлый раз давал скамейки, так вы их пошлятиной исцарапали!
— Ах, так! Тогда шиш вам пионеров в церковный хор!
— Ах, шиш нам пионеров в церковный хор? Тогда шиш вам монахов на субботник!
— Ах, шиш нам монахов на субботник? Тогда шиш вам комсомольцев на крёстный ход!
— Ах, шиш нам комсомольцев на крёстный ход? Тогда шиш вам монашек на финскую баню!
— А вот за такие слова, батюшка, можно и партбилет на стол положить!

Двигаясь по длинным коридорам рейхсканцелярии, Штирлиц любил напевать песню "Широка страна моя родная".
Немцы терпели это, но только до 1943 года.

— Петь, мне рожать скоро, а колясок в продаже нет. Слушай, ты же на заводе колясок работаешь, выноси каждый день по детальке, потом целую соберёшь.
Петя начал выносить. Накопил комплект, заперся в сарае собирать. Час, два, три, сутки... Выходит под утро весь уставший, прикуривает папиросу:
— Ничего понять не могу: десять раз собирал, всё равно пулемёт получается!!!

— Абрам, почему нигде в мире так и не удалось построить коммунизм?
— Потому, Хаим, что в процессе его строительства рано или поздно всегда кончается еда.

Сидит наш Генералиссимус и размышляет:
— У нас такие хорошие бомбардировщики, мощные бомбы, а мы ничего не бомбим. А давайте разбомбим Лос-Анжелос!
— Но Леонид Ильич, это же Америка, они и ответить могут и Москву разбомбить!
— А давайте тогда разбомбим Пекин!
— Леонид Ильич, это же китайцы, их больше миллиарда, даже если они сдадутся, мы их не прокормим!
— А давайте тогда разбомбим Варшаву!
— Леонид Ильич, но это же наши союзники – Варшавский договор!
— А давайте тогда бомбить Воронеж!!!

Приходит один мужик в Союз Писателей и заявляет:
— Я начинающий поэт-песенник и хочу вам исполнить одну свою новую композицию. Думаю, она обязательно должна вам понравиться!
Ему в ответ:
— Это всё конечно очень здорово, нам необходимы новые имена. А что за песня у вас?
— Ну знаете, у меня такая песенка, она в народном стиле.
— Замечательно! Как она начинается?
Мужик показывает текст, который начинается словами: «Эх, #б твою мать».
Прочитав начальный текст, Союз Писателей говорит мужику:
— Очень неплохо! Вот только «эх» придётся убрать, а то слишком уж цыганщиной отдаёт.

13 марта 1930 года закрылась Московская биржа труда. Последнее направление на работу было выдано слесарю Михаилу Шкунову. Советский Союз стал первой в мире страной, покончившей с безработицей.

Основные признаки социализма:
– Все работают, но в магазинах ничего нет;
– В магазинах ничего нет, но у всех всё есть;
– У всех всё есть, но все недовольны;
– Все недовольны, но все "за";
– Все "за", но никто не работает;
– Никто не работает, но безработицы нет.

Эдмундович Феликс по свалке гулял,
ржавые гвозди в мешок собирал...
С треском по черепу трахнул кирпич –
метко бросает Владимир Ильич!

Единственное, что могло сломаться у советской мясорубки — это стол, к которому она крепилась.

— Длинное, зелёное, мясом пахнет – что такое?
— Советская электричка из Москвы. (Мясная электричка)

Заходит в здание на Лубянке человек невзрачного вида. Прапорщик стоящий на проходной, тут же начинает интересоваться, с какой целью незнакомец к ним пожаловал. Тот отвечает, что уже на протяжении последних 15-ти лет является американским шпионом и всё это время он работал на американскую разведку, и что ему это всё надоело, и он решил добровольно сдаться.
Прапорщик выслушал его, почесал затылок и отправил незнакомца в 211 кабинет.
Заходит американский шпион в 211 кабинет где сидят сотрудники КГБ и наблюдает такую картину: кто-то разговаривает по телефону, кто-то печатает текст, кто-то просто молча сидит за рабочим столом.
Шпион покашлял, потопал — никто на него внимания не обратил.
Спустя несколько минут, один из сотрудников всё же отвлёкся на него и поинтересовался с каким вопросом тот к ним пришёл.
— Американский шпион я, 15 лет проработал, решил сдаться. — Ответил мужчина.
Сотрудник посмотрел на него и говорит:
— Послушай, мы к съезду готовимся, не до тебя нам. А ты каким путём к нам на территорию СССР попал: на самолёте или на судне?
— С парашютом спрыгнул.
— О, это тебе тогда в 318 кабинет.
Идёт он в 318 кабинет, там такая же картина — никто на него внимания не обращает. Опять покашлял-потопал, один из сотрудников к нему обратился. Шпион по новой всё рассказал.
— Подготовку где проходил: в Европе или Штатах? — Поинтересовался чекист.
— В Штатах. — Ответил шпион.
— Тогда в 418 кабинет иди.
Отправился шпион в 418 кабинет, там всё "по старой схеме", так же никто не обращал на него внимания, затем обратили и отправили в другой кабинет. А там в следующий. И в следующий, пока не дошёл он до последнего этажа и последнего кабинета с начальством.
— Чего хотели, гражданин? — поинтересовался главный чекист.
— Шпион я американский. — Ответил шпион.
— Хм... шпион? А задание у тебя есть, шпион? — Вновь поинтересовался чекист.
— Конечно есть, 15 лет уже работаю! — Ответил шпион.
— Ну так иди и выполняй, чего людей-то от работы отвлекать!
Выходит он совершенно ошарашенный и отправляется в армянскую рюмочную, расположенную по соседству. Там выпивает несколько рюмок водки не закусывая, закуривает сигарету и сидит с "потерянным" видом.
В этот момент, подсаживается к нему местный ханыга и интересуется, чего тот такой смурной. Шпион начинает сумбурно пересказывать ему всё произошедшее, как он целый день ходил по всему зданию Лубянки, а там никому ничего не нужно.
Ханыга выслушал его и говорит:
— У нас везде так! Пиши, жалуйся — добивайся!

Брежнев на похоронах товарища Гречко читает по бумажке:
— Дорогие товарищи! Сегодня мы провожаем в последний путь выдающегося деятеля коммунистического движения, нашего горячо любимого Леонида Ильича... Брежнева. Хммм! (смотрит на бумажку, хлопает по карманам). Извините товарищи, кажется я по ошибке надел пиджак товарища Андропова.

Филологии: народ начинается с нар.
Психологии: общество, полностью контролируемое аппаратом власти решило поставить аппарат власти под контроль контролируемого им общества.
Философии: закон единства и борьбы противоположностей лучше всего виден на примере партии. Мало того, что она превратилась в свою противоположность, она ещё и активно с собой борется, сохраняя при этом единство.
Толпы: стоит оказаться крайним — и смотрят как на последнего.

Однажды Сталину доложили, что у маршала Рокоссовского появилась любовница и это — известная красавица-актриса Валентина Серова. И, мол, что с ними теперь делать будем?
Сталин вынул изо рта трубку, чуть подумал и сказал:
— Что будем, что будем… завидовать будем!