Музыка делает всё лучше

История Алсу как певицы началась четыреста миллионов лет назад, когда под действием тектонических сдвигов в недрах Земли зародилась нефть.

Самое удивительное в поп-певцах, что ртом они поют точно так же.

Шутка про то, что менеджеры реперов буквально играют в тамагочи, следя, чтобы тот не обоср*лся и не откинулся, очень незаслуженно забыта.

— Какая твоя любимая музыка?
— Мой музыкальный вкус весьма необычен.
— И всё же?
— Могу часами слушать 8-ми битную музыку из всевозможных "keygen"-ов и "crack"-ов..

— Каких выдающихся провокаторов вы знаете?
— Композитор Феликс Мендельсон.
— Не может такого быть, почему это он провокатор?!
— Для миллионов дураков он написал нежный и завлекательный «Свадебный марш», а сам... А сам – всю жизнь спокойно прожил холостяком!

— Вы любите музыку?
— Да, но ничего страшного, продолжайте играть.

— Почему музыка в Южной Корее лучше, чем в Северной Корее?
— Потому что в Южной Корее есть Сеул.

Подскажите, пожалуйста, музыку для секса, чтобы заглушала хруст суставов.
Всего на пару минут, больше не надо.

Недовольный посетитель ресторана подзывает к себе официанта и говорит:
— А ваши музыканты на заказ играют?
— Да, конечно!
— А не могли бы они поиграть в шахматы, чтобы я мог спокойно поесть?

- Какой же ужасный у тебя музыкальный вкус. Как ты вообще можешь спокойно слушать этот хаотичный набор противных звуков? Брр..
- Мне нормально, да и вообще, у нас весь район такую музыку слушает.
- Ты хочешь сказать, что есть такие люди, кто добровольно это слушает? Ты живёшь в районе умственно неполноценных наркоманов?
- Нет, просто у меня колонки мощные стоят...

Вам бы вместо саксофона — бензопилу «Дружба» в руки. Звук тот же, а денег больше!

Страшно даже себе это представить, но ведь через каких-то сорок лет, возможен будет такой диалог между внуком и бабушкой:
— Бабуль, напой какую-нибудь песенку своей молодости?
— Опа, Гангнам Стайл! Оп, Оп, Оп!

— Это только в американских фильмах такое возможно, когда герои бьют друг-друга битами и им хоть бы хны. Даже сознание не теряют. А в жизни ведь всё иначе...
— На самом деле, скажу вам, как врач-хирург с многолетним стажем работы, что после удара битой, запросто может произойти непоправимое. Долгое восстановление и серьёзный вопрос относительно того, сможет ли восстановиться мозг пострадавшего до исходного состояния. Головные боли, ухудшение памяти, угасание когнитивных способностей, ослабление психомоторных реакций и.т.д.
— Странно, но мне всего-то немного в правую руку отдало, и вроде чутка мышцу потянул при замахе, никаких расстройств со стороны ЦНС, мною замечено не было. Скорей всего, вы просто преувеличиваете...

Объявление:
«Требуются настоящие любители тяжёлой музыки. Нужно поднять пианино на пятый этаж без лифта...»

Уборщица ночного клуба, протирая микшеры и пульты, случайно попала в лучшую сотню диджеев мира.

Мендельсона надо играть без «мендельсовщины».

Ребёнок:
— Мама, откуда у тебя столько терпения?
Мать:
— Потому что мне приходилось ждать 57 минут, пока диджей на радио поставит мою любимую песню, чтобы я записала её на кассетный магнитофон. Вот откуда.

У нас в консерватории историю музыки преподавал один профессор с очень хорошим чувством юмора. На зачётах и экзаменах он часто задавал вопросы с юмором, одним из которых звучал так:
— У Иоганна Себастьяна Баха было 20 детей, в связи с чем, он провёл большую часть своей жизни в... ?
Студенты-шутники продолжали предложение так:
— В постели.
Более серьёзные студенты отвечали:
— В Германии.
И только единицы студентов, знающие не понаслышке, каково живётся многодетным семьям, отвечали:
— В долгах.

— У меня подруга опоздала на экзамен из-за того, что сама рожала. Вбежала в аудиторию вся растрёпанная, вспотевшая, пуповина болтается...
— На что сдала?
— На опыты...

Музыкант проходит прослушивание на вакансию в симфонический оркестр. Владение инструментом превосходное, слух абсолютный, играет эффектно — в общем, мечта любого оркестра.
— Отлично, будем вас оформлять. Как ваша фамилия?
— Иванов.
— Иванов? Хм... Странно... А имя?
— Иван.
— Иван?! Удивительно... А отчество?
— Моисеевич.
— Это ж надо, как глубоко порой зарыт талант!